Неправильное привидение - Страница 90


К оглавлению

90

— Мы приезжие. Первый день в столице, еще даже не успели устроиться. Пошли погулять, заплутали в закоулках и оказались в руках грабителей. Все вещи отобрали, брат чудом избежал смерти от ножа. Надо устраиваться в гостиницу, ходить к чиновникам, но в таком виде нас просто никуда не пустят. Одна надежда на вас.

В глазах хозяйки появилось некоторое понимание, но добрее она не стала.

— Я сочувствую, но ничем помочь не смогу. Старую одежду я раздала нищим.

Таня молчком достала из корсета маленький платочек, развернула его и протянула хозяйке маленький камешек (один из тех, что мы получили от Илоны в качестве платы за клады).

— Можно ли у вас продать подобное?

Хозяйка сразу изменилась. Достав увеличительное стекло, осмотрела камешек и резко подобрела.

— Если вы доверите продажу мне, то проблем не будет.

Таня согласно кивнула, и хозяйка расплылась в улыбке.

— Одежду мы подберем для вас любую. Если не найдется у меня, принесут из других магазинов.

Она критически оглядела Таню, затем меня.

— Наверху есть комнаты, где вы можете переодеться, принять ванну. Потом пригласим парикмахера. Вы и в самом деле выглядите так, будто не один месяц были в дороге. Ну и обильный обед, разумеется. Вы даже можете остаться у меня на ночь, пока придете в себя, — неожиданно расщедрилась она.

Не знаю, как долго мылась Таня, но я-то точно не меньше двух часов. Грязи на мне, не считая крови, особой не было, вода только покраснела, но оставалась почти чистой, без грязного осадка. Гораздо важнее были ощущения, о которых я почти забыл. Дерево корыта — гладкое, простыня, которой застелили корыто, — шершавая, вода — мокрая, мыло — скользкое. Кувшин с горячей водой — тяжелый. И все это можно трогать, двигать, чувствовать. Упереться пальцами ног в один край бадьи, спиной — в другой, напрячься, ощутить твердое дерево и никуда не провалиться — красота. А потом опуститься под воду и пускать пузыри, пока не начнешь задыхаться, — вообще отпад! Когда, завернутый в простыню, я опустился на кровать, а потом развалился на перине, погрузившись в это облако, я понял, что счастлив. Глупо, идиотски, по-детски, но счастлив, как никогда не был счастлив в своей жизни.

Но оказалось, что это не предел. Следующей вершиной был обед. Нам выдали халаты и пригласили за стол. Таня ела, как птичка, понемногу. А я смаковал каждый кусочек. Ну кто, кроме голодавшего человека, поймет, что корочка хлеба с маленьким кусочком масла — это счастье? Подержать в руках, насладиться запахом, откусить кусочек и медленно жевать, захлебываясь слюной… Короче, обедал я тоже часа два.

Таня занималась своей красотой, а я все ел и не мог наесться. Да и что мне делать в примерочной? Это женщинам важна каждая мелочь, вплоть до рисунка кружев на лифчике. Свои требования я выразил коротко: «Что-нибудь крепкое, мягкое, надежное. Куртка, рубашка, штаны, короткие сапоги. Остальное на ваше усмотрение». Таня и хозяйка переглянулись с пониманием и больше меня не беспокоили.

Таня почему-то не захотела оставаться у хозяйки магазинчика. Ближе к вечеру на пролетке мы добрались до ближайшей приличной гостиницы, записались как брат и сестра. Подошли к окну, чтобы посмотреть на открывающийся вид, как вдруг дверь номера открылась, и к нам без всякого разрешения зашла пятерка самоуверенных стражников. Я потянулся за мечом, но Таня остановила меня.

— В чем дело, господа?

— Сегодня утром было совершено убийство. Нам необходимо вас допросить.

— Почему именно нас?

Один из солдат развернул сверток и молча показал мою куртку со следами крови.

— Как видите, основания очень серьезные.

Слов не было, один мат. Ведь достаточно было уничтожить куртку, и хрен бы что нам могли предъявить. Хотя, если бы нас нашли, это вызвало бы только лишние вопросы. Будь я один, я бы тут же ломанулся в окно. Ко мне вроде претензий быть не должно, я защищался, но кто их знает, местных ментов. Может, посочувствуют и отпустят, а может, захотят повесить на меня все свои нераскрытые дела. Я вопросительно посмотрел на Таню — будем драться, убегать, сдаваться? Та начала поднимать руку, все ощутимо напряглись, ожидая ее решения. Но Таня только поправила локон прически и вежливо улыбнулась.

— Разумеется, господа, мы готовы дать все необходимые разъяснения.

До местного участка идти оказалось недалеко, но охрана обступила нас плотно, явно с расчетом на возможный побег. В участке нас сразу посадили в разные комнаты. И пока я разглядывал обшарпанную казенную комнату, в которой только и были зачуханный стол да пара табуреток, до меня вдруг дошло, что мы влипли. Про сам момент драки мы расскажем одинаково, но любой вопрос на другие темы сразу отправит нас если не в тюрьму, то к более опытным следователям. Кто я такой, откуда взялся, почему путешествую вместе с Таней? Даже на вопрос, где я был последнюю неделю, я не смогу ответить, не подставив Илону. А там уже по цепочке — ее организация, убийства в замке Зет. И вышка мне обеспечена. На следующий же день после обретения человеческого статуса. Немым не прикинуться — хозяйка в магазине слышала, как я разговаривал. Прикинуться потерявшим память? Глупо и затаскано, но, может, и прокатит на одни сутки. Так что единственная тактика — молчать, как партизан. Молчать до ночи. Следователи тоже люди и тоже должны отдыхать. Когда все заснут, надо будет найти Таню и вывести ее из тюрьмы. А там что-нибудь придумаем. В крайнем случае, вызову пару летучих мышек. Настроение снова улучшилось. Если сразу не убили, то к утру нас здесь уже не будет. А кто встанет на пути… Я осторожно выдвинул и снова убрал когти. Вроде слушаются. Посмотрим, в каком тоне дяди станут разговаривать…

90